Евгений Сеславин. Фото: Рефат МамутовЕвгений Анатольевич Сеславин — педагог, дирижёр, композитор, аранжировщик, тромбонист и «крёстный отец» многих музыкантов, начавших свой профессиональный путь в Нижнем Тагиле — родился 29 апреля 1959 года. Кстати, в этот же день, но на 60 лет раньше родился «джазовый герцог» Дюк Эллингтон.

ДУХОВАЯ ВИОЛОНЧЕЛЬ

«Сестрёнка младшая училась в музыкальной школе на скрипочке. А я в хоккей играл, по стройкам бегал. Как-то улетел на стройке. Играли в ляпы, хотел перескочить и провалился с третьего этажа в пустой пролёт. Прихожу первого сентября в школу, а ничего не вижу, всё плывёт. Пришли к окулисту, а он: „Так у тебя минус четыре с половиной. Где ты так его стряхнул?“ Выписали очки. А хоккей-то остался. Я прихожу домой, а у меня шайба вот здесь торчит [показывает на оправу очков], и тут синяк. А чтобы новые очки купить, надо ехать в Тагил из Салды, день тратить. Отцу это надоело. Клюшку сломал: „Пойдёшь в музыкальную школу“. Отец сказал — значит, надо сделать.
Пришёл. Педагог послушала, посмотрела: „Всё, будешь у меня заниматься вот на этом инструменте“, — и показывает на большую скрипку. Это что, гитара? „Нет, это не гитара, это виолончель“. Азы мне показала, это меня увлекло — дело-то хорошее! Через полгода говорит мне: „Слушай, надо тебе ездить на Вагонку, там педагог хороший, а я не могу больше тебе ничего показать, потому что я скрипачка“. Вот я ездил года полтора-два на Вагонку. В автобусах народу полным-полно — и я с виолончелью туда-сюда. В общем, поездил, измучился. Отец говорит: всё, хватит. А у преподавателя, Маргариты Николаевны Котовой, муж, Герман Васильевич, руководил духовым оркестром. Тромбонист. „Придётся тебе заниматься духовой виолончелью“, — сказала она. И я просто из одного класса перешёл в другой. А что? Мне понравилось!»

С первой зарплаты я купил себе спортивный велосипед.
А со второй — магнитофон «Комета».
Е. А. Сеславин

В 1974 году Евгений Анатольевич Сеславин поступил в Нижнетагильское областное музыкальное училище на оркестровое духовое отделение. Трудовой путь музыканта начал в оркестре Нижнетагильского цирка с 1975 года третьим тромбонистом, то есть с 15 лет работал в оркестре. В 1977 году — артист вокально-инструментального оркестра «Влюблённые» при ДК «Строитель» (руководитель Е. И. Пономаренко). Как исполнитель работал в ансамбле «Ровесник» при ДК «Юбилейный» (руководитель В. И. Фладунг).

После окончания Нижнетагильского музыкального училища в 1978 году поступил в Уральскую государственную консерваторию, класс преподавателя В. В. Коровякова. Во время учёбы руководил детским духовым оркестром Детского дома № 1 в посёлке Малый Исток, в котором занимались порядка 40 ребят, и работал в музыкальной школе № 9 (посёлок Компрессорный, ныне микрорайон Компрессорный города Екатеринбурга), где вёл класс тромбона, баритона. Параллельно руководил оркестром кинотеатра «Темп» города Свердловска. После открытия Свердловского цирка в 1980 году поступил туда на работу в качестве концертмейстера группы тромбонов. В 1981 году перешёл в оркестр Свердловского театра музыкальной комедии.

После окончания консерватории получил направление в режимный город Снежинск, где руководил самодеятельным духовым оркестром при Дворце культуры имени 40-летия Октября и работал в школе искусств. Там же познакомился и начал сотрудничество с дирижёром Вадимом Алексеевичем Андреевым, который руководил местным биг-бэндом и по-настоящему увлёк Евгения Анатольевича джазовой музыкой.

После возвращения в Нижний Тагил пришёл в родное училище. Занимался созданием студенческих ансамблей и оркестров. Сформировал и возглавил оркестр при парке им. А. П. Бондина «Синематограф» (с 1986 г.), который работал в кинотеатрах перед сеансами и активно гастролировал по всему району. Под его руководством появились такие памятные местным меломанам коллективы, как «Ретро-блюз-бенд», «Тагильский диксиленд», а в 1991 году — «Ником биг-бэнд», («но это отдельная история», как говорит сам Евгений Анатольевич).

После ухода из «Ником биг-бэнда» в 1996 году взял на себя руководство духовым оркестром в Нижнетагильском училище искусств, создал биг-бэнд из выпускников учебного заведения. Впоследствии принял на себя руководство симфоническим оркестром училища.

В 1999 году Евгений Анатольевич был приглашён на 26-й фестиваль Международной ассоциации тромбонистов, который проходил в североамериканском штате Колорадо. Там он познакомился с профессором Московской государственной консерватории Анатолием Тихоновичем Скобелевым — первым среди тромбонистов в России, кто был удостоен звания «Народный артист». Е. А. Сеславин вместе с А. Т. Скобелевым организовал масштабный симпозиум тромбонистов, на который в Нижний Тагил приехали исполнители, студенты вузов и колледжей из разных регионов России.

В начале нулевых Евгений Сеславин был приглашён в Геленджик на преподавательскую должность в институте культуры. Тогда же работал в оркестре Георгия Гараняна при Краснодарской филармонии, руководил детским духовым оркестром и создал муниципальный духовой оркестр на базе городского дворца культуры Геленджика. Однако через некоторое время всё-таки снова вернулся в Нижний Тагил, продолжив работать в местном училище (впоследствии — колледже) искусств.

С 2011 года поступил в штат Нижнетагильской филармонии, став первым постоянным дирижёром камерного оркестра «Демидов-камерата», образованного в 2009 году. В 2020 года стал дирижёром филармонического эстрадно-духового оркестра «Тагил-бэнд» — единственного на данный момент профессионального духового оркестра города.

ДИРИЖЁР

«Мечтал стать дирижёром я не сразу.
Я играл в разных оркестрах, начиная с самодеятельности, когда у нас был дирижёром оркестра Герман Васильевич Котов в Верхней Салде. Мне нравилось, как он работал. Во-первых, он был мудрейший, принципиальный человек, в миру строгий, требовательный. Самая главная заслуга его была в том, что он многих ребят просто с улицы вытащил. Не дал им пойти по кривой дорожке. Он привлёк их к музыке, научил их играть на инструменте, посадил в оркестр. Если ты чувствуешь, что ты нужен оркестру, и, пусть маленькую, но играешь свою роль, то, конечно же, несёшь определённую ответственность перед коллективом.
Дальше я познакомился с Иваном Васильевичем Денисовым, это заведующий духовым отделением тогда ещё Нижнетагильского музыкального училища. У него тоже был замечательный, чёткий, ясный жест. Мы, конечно, уже более сложные вещи играли. Прочитали с листа медленно, разобрали какие-то сложные технические моменты, а потом нужно стыковать это всё, увеличить темп, с динамикой поработать, со штрихами поработать, определить художественный образ — то есть сделать музыку.
Ещё в училище я познакомился с Эдуардом Ефимовичем Ревинзоном. Он в то время дирижировал симфоническим оркестром училища. Прекрасный скрипач, дирижёр, фортепиано прекрасно владел. У него было интересное отношение к музыкантам. Мы знали, что он никогда не разойдётся по-настоящему, но он делал вид, что психует, нервничает. Ну, надо стресс дать оркестрантам, в каких-то моментах «нажать», чтобы получить результат. Интереснейшие, разнообразные в симфоническом оркестре играли произведения!
У меня ещё по специальности, по тромбону преподаватель был Валерий Андреевич Мешков. Он сюда был направлен после окончания Московской военной консерватории или, как сейчас это называется, факультета военных дирижёров при Московской государственной консерватории. Он работал в посёлке Северный, где был полковой оркестр. Валерий Андреевич частенько меня приглашал к себе в часть на репетиции военного оркестра. Школа военных дирижёров — это «железобетонный», так сказать, жест. Снятие, ауфтакты, показы, динамика, темпы — всё это отработано до мелочей!
Ну, а с третьего курса, по-моему, началось у меня дирижирование. В первые полгода со мной занимался Олег Николаевич Зайцев. Потом Иван Васильевич Денисов, кое-что подсказывал Валерий Андреевич Мешков. И когда я работал уже с оркестром на четвёртом курсе (готовили программу к госэкзамену), Ревинзон подходил: «Что, дирижёром хочешь стать? Ну-ну». А потом, когда я уже после консерватории вернулся, начал дирижировать духовым оркестром, создал биг-бэнд, иногда приходилось мне и симфоническим оркестром дирижировать, он просто понял, что надо поддержать.
А в консерватории, естественно, у нас был Марк Израилевич Паверман.
Мы, духовики, были обязаны играть в симфоническом оркестре. Программы были очень интересные, состав практически полный. Раз в несколько лет он набирал себе учеников, которые могли бы быть дирижёрами оперы. Я присутствовал при отборе аспирантов, дирижёров симфонического и оперного дирижирования. Эти ребята уже получили высшее образование с каким-то инструментом, и далее смотрели на их данные, на их руки, на их слух, внимание, знание партитуры. Читка с листа была у нас на высшем уровне, и мы присутствовали на таких отборах.
Как это было. Выходил дирижёр, знакомился: «Так и так, давайте, открываем, поехали работать». Так вот будущие дирижёры показывали свои возможности.
Мы, бывало, шалили, чтоб дирижёра разыграть. Договаривались: ты играешь эту ноту в этом такте, а ты эту — мимо партитуры. Да-да, стресс для них устраивали, как бы сказать. Один был дирижёр — он сразу нас разоблачил. Ну, просто блеск! «Первый тромбон, у вас на тон ниже». Ну, в точку, как мы и договорились! «Третий тромбон, что вы там делаете, на кварту выше!» Ну, слух просто уникальнейший!
Вот и я однажды подхожу к Марку Израилевичу. «Можно мне просто прийти к вам на урок, в ваш класс, посмотреть, послушать…» Ну, пришёл, посмотрел, как он занимается. В классе у него пульт, партитура и два рояля как бы играют за оркестр, на подставочке дирижёр стоит.
А в это время я уже дирижировал. Вернее, руководил духовым оркестром в детском доме. Особой такой практики дирижёрской не приобрёл. Там просто надо было держать дисциплину, воспитывать их, слушать ансамбль, учить играть на инструменте.
«Давай, вставай, посмотрю на тебя». Для начала дал мне пьесочку: «Сделаешь разбор, принесёшь через неделю». Постепенно завязались отношения. Конечно, времени у него было очень мало. Да и я, в общем-то, не наставил, чтобы отвлекать его. У него концерты были и в симфоническом оркестре филармонии, и в консерватории.
Паверман говорил: «Самое главное, когда программа сделана, ни в коем случае не мешать оркестру работать». А то некоторые дирижёры увлекаются своей техникой, своими возможностями, начинают для красоты на публику играть. И в то же время теряют контроль над музыкантами. Надо, чтобы было всё в меру. Хочешь показаться, сделай оркестр так, чтобы они вообще без дирижёра играли! Лучше всего работать, держа всё в струе, контролировать, но не мешать работать. На концертном вступлении должно уже быть взаимопонимание с полувзгляда.
Это очень серьёзно для меня было. Дирижёр должен знать не только оркестровые партитуры, но и педагогику, психологию, гармонию, и важно владение фортепиано, и владение аранжировкой, инструментовкой, и знание музыкальной литературы, истории музыки — всё в комплексе! Желательно, конечно, если берёте незнакомую какую-то вещь, рассказать оркестру про автора. Что он хотел выразить в этих звуках, в этом образе музыкальном? Погрузить их в контекст.
Звуками можно выразить гораздо больше, чем словами, особенно оркестром. А если ещё на музыке лежит текст, то есть песня, это ещё лучше, интереснее. И самое главное, чтобы не тратить лишнее время, нужно уметь планировать, что в первую очередь сделать сегодня, а что завтра».

СОЧИНИТЕЛЬ

«Я не композитор, а сочинитель. Композитор пишет постоянно, творит. Как на работе. А я нахожу свободное время, если сильно приспичило. Ну, например, ночью встал, мысль пошла-пошла. Месяц-два — и произведение готово. Я от руки пишу. С синтезатором.
У меня и все программы есть, чтобы писать, но я с компьютером не в ладах. Не моё это дело.

Мне лучше написать рукой, чтобы потом ребята набрали».
Е. А. Сеславин

Первые композиторские опыты Евгения Анатольевича связаны с цирком: ещё будучи подростом, сочинил несколько увертюр для цирковых представлений, которые, вспоминает, были хорошо восприняты взрослыми музыкантами оркестра. Уже после консерватории, в 1985 году Евгений Анатольевич создал цикл песен для солиста и хора с оркестром, посвящённых 40-летию Победы, на слова местных авторов. В это же время написал «Поэму» для тромбона, фортепиано и духового оркестра с подзаголовком «Народу-герою, победителю посвящается», которая была хорошо встречена как публикой, так и музыкальным сообществом. После премьеры копия партитуры сразу была отправлена в Москву, войдя в репертуар ведущих военных оркестров.

В 80–90-е гг. годы Евгений Анатольевич писал музыку к спектаклям Нижнетагильского драматического театра («Пифагор», «С днём рождения, Ванда Джун») и Нижнетагильского театра кукол. С появлением в местном колледже искусств эстрадного отделения он создавал оркестровые аранжировки для сопровождения выступлений певцов-солистов, затем писал аранжировки для оркестров филармонии. Евгений Анатольевич стал автором четырёх сборников произведений для духовых, эстрадно-джазовых оркестров, ансамблей и брасс-квинтета. Сочинения Евгения Анатольевича получили высокую оценку мэтров духовой музыки России.

Особенную роль в судьбе молодой Нижнетагильской филармонии сыграли именно эстрадно-симфонические проекты Евгения Анатольевича Сеславина.

УЛЫБКА ПОЛЯ МОРИА

Первая афиша Улыбка Поля МориаПремьера легендарной программы «Улыбка Поля Мориа» состоялась 29 апреля 2013 года, на закрытии XVIII филармонического сезона. Этот проект под руководством Евгения Анатольевича заметно повлиял на всю последующую историю филармонии.

Программа популярной оркестровой музыки потребовала особенных творческих усилий. И дело не только в подборе редкого нотного материала. На тот момент у Нижнетагильской филармонии ещё даже не было «дома», своей концертной площадки и репетиционных помещений, а необходимо было впервые объединить усилия артистов трёх разных оркестров: духового оркестра эстрадно-джазовой музыки, оркестра «Демидов-камерата» и оркестра «Тагильские гармоники».

«Малый симфонический оркестр» или «эстрадно-симфонический оркестр» под управлением Евгения Сеславина произвёл фурор. Администрация филармонии убедилась в том, что решение сделать ставку на программы собственных коллективов было верным.

Успех программы был настолько велик, что впоследствии её не раз повторяли. «На моей памяти было три или четыре случая, когда зал был настолько полным», — так начала концерт ведущая Елена Цыпушкина при следующей встрече тагильчан с хитами из репертуара оркестра Поля Мориа. Очередные эстрадно-симфонические программы решено было проводить в более просторном месте, в зале бывшего Дома политпросвещения. Результат — стабильные аншлаги!

Но не только. Через несколько лет филармония получила помещения того самого Дома политпросвещения («Общественно-политического центра») для постоянного использования. Так, благодаря Полю Мориа — а также 47-ми артистам с Евгением Анатольевичем во главе — наша филармония доросла до проектов, которые потребовали вместительного зала с хорошей акустикой в самом центре города!

Диплом конкурса Поля МориаВ марте 2015 года эстрадно-симфонический оркестр Нижнетагильской филармонии под управлением Евгения Сеславина победил на международном фестивале Поля Мориа. Председателем жюри был композитор Александр Гольдштейн (США), с именем которого связано начало популярности записей оркестра Поля Мориа.

Впоследствии Евгений Сеславин подготовил ещё несколько программ на основе популярной оркестровой музыки, а также проекты с оригинальными оркестровыми переложениями хитов джаз-, рок-, поп-музыки. «Счастливое сердце Джеймса Ласта», «Поль Мориа & Джеймс Ласт», «Мировые хиты», «Саундтрек-хиты», «Музыкальные легенды ХХ века», «Саундтрек-Хиты», «Откровения старого Джаза», «Мистер Блюз», «Оперные шедевры» — эти и другие программы неизменно сопровождались аншлагами и открывали филармонию новым слушателям.

Ещё одно знаковое событие филармонии, к которому причастен Евгений Анатольевич, это «Большая сцена для юных музыкантов» — проект Владимира Ивановича Капкана.

Дети и подростки, учащиеся музыкальных школ и студенты, выступают в роли солистов, играя с профессиональным оркестром. Многие впервые выходят на большую сцену. Роль Евгения Анатольевича в этом проекте — «больше, чем дирижёр». Мудрый наставник, который помогает молодым исполнителям обрести сценическую уверенность, учиться работать с большим коллективом, определиться с профессиональным будущим. Кстати, некоторые из участников «Большой сцены для юных музыкантов» впоследствии работали в филармонических оркестрах «Демидов-камерата», «Тагил-бэнд», «Тагильские гармоники».

***
«В городе Евгений Анатольевич — большой, крупный музыкант. Такого уровня музыканта, по-моему, и нет. Композитор, дирижёр, педагог. Талантливый и творческий человек!», — так охарактеризовал Евгения Сеславина другой многоопытный музыкант Нижнего Тагила, трубач Павел Фёдорович Мереленко.

Не преувеличивая, можно сказать, что Евгений Анатольевич — достояние нашего города. Настоящий патриот малой родины. Добродушный и абсолютно не тщеславный руководитель, который щедро делится своими знаниями со следующими поколениями. Деятельный и трудолюбивый человек, мастер на все руки и увлечённый садовод.

Долгих и счастливых лет, наполненных радостью труда, желаем Евгению Анатольевичу Сеславину накануне 65-летнего юбилея!

Евгений Сеславин. Фото: Виталий Майшев